Осенью сырой и непогожей
Сбросила последнюю листву.
Ветру открывая и прохожим
Веток беззащитных наготу.

Стужу не гнала и не клеймила.
Время не стреножа на бегу,
И ему покорная, застыла,
Бус рассыпав нитку на снегу.

Зима. Ни для кого не новость
Её незыблемый черёд.
Природы полная покорность.
А сердце не её ведь ждёт.

Но, принимая неизбежность.
С надеждой не расстанусь впредь.
А значит, вновь вернётся нежность
И вновь захочется мне петь…

Комнатушка
               в четыре кровати,
Старый стол
               в откровеньях чернил...
В нищете
               оставаться богатой
Этот город
               меня научил.
За окном
               ленинградская стужа,
Плотный снег
               облепил фонари,
И полоска просвета
               всё уже,
И всё глубже
               тревога внутри, –
Но, незримые крылья
               расправив,
Улетаю к студёной
               Неве,
Свой рисунок
               на память оставив
Затянувшей окно
               синеве...

*Ленинградская средняя художественная школа

В чадре искрящейся метели
приду на зов,
туда, где свет и сёстры-ели,
и снега кров,

Где чистота, и звон прозрачен,
и профиль твой
точёной тенью обозначен,
целуя мой,

Где никого под синью неба:
безмолвен час!..
лишь тени елей, блёстки снега
и двое нас.

Избегаю встреч ненужных,
Не желаю душ, мне чуждых.
Ухожу от глаз завистных,
Покидаю ложный дом, –

Ощущением ведома,
То ищу, что есть родного
В этом мире многоликом,
Беспокойном и живом!

По крупицам собираю
Всё, что сердце окрыляет,
Всё, что душу наполняет
Светом, миром и добром.

Надоели метели
И трескучий мороз.
Заждались даже ели
Обновляющих гроз.
Даже серым воронам
Надоели снега
И сосулек короны,
Гололёд и пурга.

И так хочется сердцу
Сбросить зимние сны.
Отыскать бы вот дверцу
Во владенья весны,
Где в восторженном споре
Жизни силы свежи,
А в небесном просторе –
Непоседы-стрижи!

Наверное, мне показалось:
Цветущая ветка сирени...
Я знаю – зима не кончалась,
И нет у неё измерений,
А значит, и нету конца.

А где-то, скрывая свирели,
За гранью незримых ворот
Томятся в неволе апрели,
Нарушен их службы черёд –
Весны не увидеть лица.

Но кто же, скажите, сумеет
Добром или праведной карой
Неволю апрелей развеять,
Разрушить всесильные чары?
Какого спросить мудреца?

Имя соткало мне солнце,
А не зима-несмеяна.
Имя до самого донца
Светом лучится упрямо.

Имя с мечтой неразлучно,
Словно с цветами поляна.
Имя, как день, полнозвучно,
И, словно зори, румяно.

Имя, что волны, плывуче
И, как дыхание, плавно.
Имя, как песня, певуче,
Гибко, как ветви лианы.

Осени пряди вплетая,
Жёлтой листвой и багряной
Солнце мне имя соткало, –
Мама назвала – Ульяной.

Тетрадь для конспектов,
               конечно, открыта.
Но ты обернулся –
               и тема забыта.
И вновь на листочке
               нервозные строчки –
Смятение слов,
               немота многоточий...
А рядом – стремительной
               линии взмахом
Очерчен твой профиль
               над буквенным прахом.
С загадочным взглядом,
               без тени улыбки
Читающий строк моих
               муки и пытки.
В то время как сам,
               отрешённый от мира,
Не видя меня,
               проплываешь ты мимо.
Далёким и странным
               для всех оставаясь
И снова в конспекте моём
​​​​​​​               появляясь.